Комментарии пользователей (12067)

Г-ну Варламову следовало бы понимать, что посещение оккупированного Россией Крыма вне порядка, установленного Законом Украины «Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины» (от 27 апреля 2014 года) и Постановлением Кабинета Министров Украины № 367 от 4 июня 2015 года, является незаконным.
Это коллаж?
Мюррей Ротбард превосходно сформулировал либертарианское понимание проблемы коррупции в монографии «К новой свободе»:

Коррупция в полиции

В конце 1971 года комиссия Кнаппа привлекла внимание публики к проблеме распространённости коррупции в полиции Нью-Йорка. За драматизмом отдельных эпизодов легко проглядеть центральную проблему, которую комиссия прекрасно осознавала. Буквально в каждом случае коррупции полицейские оказывались участниками регулярно функционировавшего бизнеса, по решению правительства объявленного незаконным. При этом огромное число людей, предъявлявших спрос на соответствующие товары и услуги, недвусмысленно демонстрировало своё несогласие с тем, что эта деятельность может быть приравнена к убийству, воровству или физическому насилию. И практически ни в одном случае подкуп полиции не был связан с этими преступлениями. Почти во всех случаях дело сводилось к тому, что полиция смотрела в сторону, когда осуществлялись вполне разумные и добровольные сделки.

Общегражданское право проводит принципиальное различие между тем преступлением, которое является malum in se (деяние, преступное по своей природе (лат.)), и тем, которое представляет собой всего лишь malum prohibitum (деяние, являющееся преступным в силу запрещения законом (лат.)). Malum in se – это деяние, которое большинство людей считает предосудительным и которое должно быть наказано. Это в общих чертах совпадает с либертарианским определением преступления как посягательства на неприкосновенность личности или собственности, примером чему являются изнасилование, воровство и убийство. Другие преступления – это деятельность, которая объявлена преступной указами правительства и к которой люди относятся с достаточной терпимостью. Именно здесь пышно процветает коррупция.

Короче говоря, коррупция в полиции процветает в тех видах деятельности, где существует массовый спрос на услуги, объявленные государством незаконными, – наркотики, проституцию и азартные игры. Когда, например, азартные игры объявлены вне закона, в руки соответствующих полицейских подразделений попадает возможность продавать привилегию заниматься игорным бизнесом. Короче говоря, дело поставлено так, как если бы полиции было доверено выпускать особые лицензии на занятие этими видами деятельности, а потом распродавать эти неофициальные, но жизненно важные лицензии с максимально возможной прибылью.

Один полицейский показал под присягой, что если бы законы неукоснительно соблюдались, всё строительство в Нью-Йорке немедленно бы остановилось – настолько замысловатыми и невыполнимыми требованиями государство опутало отрасль. Короче говоря, сознательно или нет, но правительство действует следующим образом: сначала оно запрещает некие виды деятельности – наркотики, азартные игры, строительство или что угодно ещё, – а потом полиция продаёт предпринимателям привилегию участвовать в этом бизнесе.

Результатами этого в лучшем случае являются более высокие издержки и более низкая производительность, чем в ситуации свободного рынка. Но на деле результаты более пагубны. Полицейские зачастую продают не только разрешение функционировать, но и, по сути дела, привилегию на монополию. В этом случае организатор азартных игр платит полиции не только за право продолжать бизнес, но и за устранение конкурентов. Тогда потребители оказываются в зоне действия монополиста и не имеют возможности воспользоваться преимуществами конкуренции. Не удивительно, что когда в начале 1930-х годов сухой закон был, наконец, отменён, главными противниками этого выступили не только фундаменталисты и борцы за трезвость, но и организованные бутлегеры, которые в силу особых отношений с полицией и другими правоохранительными органами наслаждались монопольным положением на чёрном рынке в период сухого закона.

Есть простой и эффективный способ избавиться от коррупции в полиции: нужно отменить законы, направленные против любого добровольного предпринимательства и против всех «преступлений без потерпевшего». Тогда не только исчезнет коррупция, но и значительная часть полицейских сил высвободится для борьбы с настоящими преступниками, представляющими угрозу для личной безопасности и собственности граждан. В конце концов, это ведь и есть главная задача полиции.

Следует понять, что проблема коррупции в полиции так же, как и более широкий вопрос о коррупции в государстве, должна рассматриваться в более широком контексте. Дело в том, что, когда действуют несправедливые законы, запрещающие, регулирующие и облагающие налогами определённые виды деятельности, коррупция оказывается чрезвычайно благотворной для общества. В ряде стран без коррупции, которая обращает в ничто правительственные запреты, налоги и требования, не было бы ни торговли, ни промышленности. Коррупция смазывает колёса торговли. Решение не в том, чтобы жаловаться на коррупцию и удвоить брошенные на борьбу с ней административные ресурсы, а в отказе от политических решений и законов, которые делают коррупцию полезной и необходимой.
Кроваво-красный «хуй» где-то в очень средней полосе России:
Мне оно, конечно, не грозит, но вдруг для кого актуально: пинать придется не хуи, а тех, кто этим занимается.
Когда стал начальником: ожидание/реальность
Путин — хуйло.
almond:
уже даже не хочется набрасываться на эти парочки с огнеметом и бензопилой...
Вася Ложкин, «А когда нам выдадут огнеметы?»

Я уже почти два года встречающиеся на улицах парочки воспринимаю совершенно спокойно, а реку сменил и того раньше (увы, не на Темзу и даже не на Сену, но все же).
Настоящие совы (просто понравилось фото, однажды случайно попавшееся на глаза):
Г-н Месяцев будет участвовать? А ты?
Зачем здесь эта коллаборантка?
Только сегодня узнал, что в конце 2018 года студенты в Нью-Гэмпшире распевали ‘KKK, KKK, Let's kill all the blacks’ на мотив ‘Jingle Bells’.
Полагаю, сия черная мечта россиянских патриотов, высокохудожественно обозначенная Васей Ложкиным, способна вызвать на том форуме оргастические вопли:
«Едрёна бонба. Америке кирдык!»
Российские операторы сотовой связи, естественно, не только не желают работать в украинском Крыму, но и используют для его обозначения то родовое понятие «полуостров», то описательные конструкции вроде «там, где нет сети „Мегафона“, но есть Черное море, Ласточкино гнездо и ароматная Массандра».
«Теле 2» без объявления войны подключил мне сомнительную услугу «Интернет на полуострове», которая сразу же по обнаружении была отключена
Усмановский «Мегафон», видимо, запутался: тут рядом уместились и эвфемизм, и прямое указание на Крым с Свевастополем. Соответствующие услуги также были подключены без спросу — пришлось отключать
Этому мишке, встреченному во время прогулок по просторам очень средней полосы России, шишку, судя по всему, оторвали и воткнули в трухлявый пень, дабы впредь не педофилировал:
«Ватная» мадам из очень средней полосы России то ли мухоморов объелась, то ли Киселева с Соловьевым пересмотрела, но так вштырило, что аж черепаха явилась пред ее жутковато выцветшие очи.
Пошел Заяц вешаться. Нет хаты, бабки ушли, куда не кинь везде облом.
Альтернативная концовка: похоже, заяц не повесился, а был гильотинирован:

Ежели такая штука приснится, будут серьезные основания опасаться за свое психическое здоровье.